Литература для школьников
 
 Главная
 Зарубежная  литература
 Тютчев Ф.И.
 
Ф.И.Тютчев. Фотография Робильяра. 1862 г.
 
Федор Иванович Тютчев
(1803 - 1873)
Стихотворения (1824—1873)
 
Проблеск*

Слыхал ли в сумраке глубоком
Воздушной арфы легкий звон,
Когда полуночь, ненароком,
Дремавших струн встревожит сон?..

То потрясающие звуки,
То замирающие вдруг...
Как бы последний ропот муки,
В них отозвавшися, потух!

Дыханье каждое Зефира
Взрывает скорбь в ее струнах...
Ты скажешь: ангельская лира
Грустит, в пыли, по небесах!

О, как тогда с земного круга
Душой к бессмертному летим!
Минувшее, как призрак друга,
Прижать к груди своей хотим.

Как верим верою живою,
Как сердцу радостно, светло!
Как бы эфирною струею
По жилам небо протекло!

Но ах, не нам его судили;
Мы в небе скоро устаем, –
И не дано ничтожной пыли
Дышать божественным огнем.

Едва усилием минутным
Прервем на час волшебный сон,
И взором трепетным и смутным,
Привстав, окинем небосклон, –

И отягченною главою,
Одним лучом ослеплены,
Вновь упадаем не к покою,
Но в утомительные сны.

Т. 1. – 1966. – С. 9–10.

К Н.*

Твой милый взор, невинной страсти полный,
Златой рассвет небесных чувств твоих
Не мог – увы! – умилостивить их –
Он служит им укорою безмолвной.

Сии сердца, в которых правды нет,
Они, о друг, бегут, как приговора,
Твоей любви младенческого взора,
Он страшен им, как память детских лет.

Но для меня сей взор благодеянье;
Как жизни ключ, в душевной глубине
Твой взор живет и будет жить во мне:
Он нужен ей, как небо и дыханье.

Таков горе́ духов блаженных свет,
Лишь в небесах сияет он, небесный;
В ночи греха, на дне ужасной бездны,
Сей чистый огнь, как пламень адский, жжет.

Т. 1. – 1966. – С. 11.

Весенняя гроза *

Люблю грозу в начале мая,
Когда весенний, первый гром,
Как бы резвяся и играя,
Грохочет в небе голубом.

Гремят раскаты молодые,
Вот дождик брызнул, пыль летит,
Повисли перлы дождевые,
И солнце нити золотит.

С горы бежит поток проворный,
В лесу не молкнет птичий гам,
И гам лесной и шум нагорный –
Все вторит весело громам.

Ты скажешь: ветреная Геба,
Кормя Зевесова орла,
Громокипящий кубок с неба,
Смеясь, на землю пролила.

Т. 1. – 1966. – С. 12.

Могила Наполеона*

Душой весны природа ожила,
И блещет все в торжественном покое:
Лазурь небес, и море голубое,
И дивная гробница, и скала!
Древа кругом покрылись новым цветом,
И тени их, средь общей тишины,
Чуть зыблются дыханием волны
На мраморе, весною разогретом...

Давно ль умолк Перун его побед,
И гул от них стоит доселе в мире.
     . . . . . . . . . . . . . . . .
     . . . . . . . . . . . . . . . .
И ум людей великой тенью полн,
А тень его, одна, на бреге диком,
Чужда всему, внимает шуму волн
И тешится морских пернатых криком.

Т. 1. – 1966. – С. 13

Cache-cache*

Вот арфа ее в обычайном углу,
Гвоздики и розы стоят у окна,
Полуденный луч задремал на полу:
Условное время! Но где же она?

О, кто мне поможет шалунью сыскать,
Где, где приютилась сильфида моя?
Волшебную близость, как бы благодать,
Разлитую в воздухе, чувствую я.

Гвоздики недаром лукаво глядят,
Недаром, о розы, на ваших листах
Жарчее румянец, свежей аромат:
Я понял, кто скрылся, зарылся в цветах!

Не арфы ль твоей мне послышался звон?
В струнах ли мечтаешь укрыться златых?
Металл содрогнулся, тобой оживлен,
И сладостный трепет еще не затих.

Как пляшут пылинки в полдневных лучах,
Как искры живые в родимом огне!
Видал я сей пламень в знакомых очах,
Его упоенье известно и мне.

Влетел мотылек, и с цветка на другой,
Притворно-беспечный, он начал порхать.
О, полно кружиться, мой гость дорогой!
Могу ли, воздушный, тебя не узнать?

Т. 1. – 1966. – С. 14–15.

Летний вечер *

Уж солнца раскаленный шар
С главы своей земля скатила,
И мирный вечера пожар
Волна морская поглотила.

Уж звезды светлые взошли
И тяготеющий над нами
Небесный свод приподняли
Своими влажными главами.

Река воздушная полней
Течет меж небом и землею,
Грудь дышит легче и вольней,
Освобожденная от зною.

И сладкий трепет, как струя,
По жилам пробежал природы,
Как бы горячих ног ея
Коснулись ключевые воды.

Т. 1. – 1966. – С. 16.

Видение *

Есть некий час, в ночи, всемирного молчанья,
И в оный час явлений и чудес
     Живая колесница мирозданья
Открыто катится в святилище небес.

Тогда густеет ночь, как хаос на водах,
Беспамятство, как Атлас, давит сушу;
             Лишь Музы девственную душу
В пророческих тревожат боги снах!

Т. 1. – 1966. – С. 17.

Silentium!*

Молчи, скрывайся и таи
И чувства и мечты свои –
Пускай в душевной глубине
Встают и заходят оне
Безмолвно, как звезды в ночи, –
Любуйся ими – и молчи.

Как сердцу высказать себя?
Другому как понять тебя?
Поймет ли он, чем ты живешь?
Мысль изреченная есть ложь.
Взрывая, возмутишь ключи, –
Питайся ими – и молчи.

Лишь жить в себе самом умей –
Есть целый мир в душе твоей
Таинственно-волшебных дум;
Их оглушит наружный шум,
Дневные разгонят лучи, –
Внимай их пенью – и молчи!..

1830

Т. 1. – 1966. – С. 46.

"Я помню время золотое..."*

Я помню время золотое,
Я помню сердцу милый край.
День вечерел; мы были двое;
Внизу, в тени, шумел Дунай.

И на холму, там, где, белея,
Руина замка вдаль глядит,
Стояла ты, младая фея,
На мшистый опершись гранит.

Ногой младенческой касаясь
Обломков груды вековой;
И солнце медлило, прощаясь
С холмом, и замком, и тобой.

И ветер тихий мимолетом
Твоей одеждою играл
И с диких яблонь цвет за цветом
На плечи юные свевал.

Ты беззаботно вдаль глядела...
Край неба дымно гас в лучах;
День догорал; звучнее пела
Река в померкших берегах.

И ты с веселостью беспечной
Счастливый провожала день;
И сладко жизни быстротечной
Над нами пролетала тень.

1834

Т. 1. – 1966. – С. 56.

Фонтан*

Смотри, как облаком живым
Фонтан сияющий клубится;
Как пламенеет, как дробится
Его на солнце влажный дым.
Лучом поднявшись к небу, он
Коснулся высоты заветной –
И снова пылью огнецветной
Ниспасть на землю осужден.

О смертной мысли водомет,
О водомет неистощимый!
Какой закон непостижимый
Тебя стремит, тебя мятет?
Как жадно к небу рвешься ты!.
Но длань незримо-роковая,
Твой луч упорный преломляя,
Сверкает в брызгах с высоты.

1836

Т. 1. – 1966. – С. 78.

К. Б.*

Я встретил вас – и все былое
В отжившем сердце ожило;
Я вспомнил время золотое –
И сердцу стало так тепло...

Как поздней осени порою
Бывают дни, бывает час,
Когда повеет вдруг весною
И что-то встрепенется в нас, –

Так, весь обвеян дуновеньем
Тех лет душевной полноты,
С давно забытым упоеньем
Смотрю на милые черты...
Как после вековой разлуки,
Гляжу на вас, как бы во сне, –
И вот – слышнее стали звуки,
Не умолкавшие во мне...

Тут не одно воспоминанье,
Тут жизнь заговорила вновь, –
И то же в вас очарованье,
И та ж в душе моей любовь...

26 июля 1870 г.

Т. 1. – 1966. – С. 223.

«От жизни той, что бушевала здесь...»*

От жизни той, что бушевала здесь,
От крови той, что здесь рекой лилась,
Что уцелело, что дошло до нас?
Два-три кургана, видимых поднесь...

Да два-три дуба выросли на них,
Раскинувшись и широко и смело.
Красуются, шумят, – и нет им дела,
Чей прах, чью память роют корни их.

Природа знать не знает о былом,
Ей чужды наши призрачные годы,
И перед ней мы смутно сознаем
Себя самих – лишь грезою природы.

Поочередно всех своих детей,
Свершающих свой подвиг бесполезный,
Она равно приветствует своей
Всепоглощающей и миротворной бездной.

Т. 1. – 1966. – С. 225.

«Все отнял у меня казнящий бог...»*

Все отнял у меня казнящий бог:

Здоровье, силу воли, воздух, сон,

Одну тебя при мне оставил он,

Чтоб я ему еще молиться мог.

Т. 1. – 1966. – С. 226.
Источник: Тютчев Ф. И. // Ф. И. Тютчев. Лирика: В 2 т. / АН СССР. – М.: Наука, 1966. – Т. 1–2.

*Проблеск – впервые напечатано в альманахе «Урания» на 1826 г., стр. 147–148. Существует предположение, что стихотворение «вызвано воздушной (эоловой) арфой, бывшей у Раича...» (Р. Ф. Брандт. Материалы для исследования «Федор Иванович Тютчев и его поэзия». «Известия Отделения русского языка и словесности имп. Академии наук», т. XVI, кн. 2, 1911, стр. 161).
Воздушная арфа – музыкальный инструмент в виде ящика, в котором натянуты струны, звучащие от движения воздуха.
 
*К Н. («Твой милый взор, невинной страсти полный...») – впервые напечатано в СЛ на 1827 г., стр. 87–88, с датой «23 ноября 1824 г.». Кому посвящено стихотворение, не установлено.
 
*Весенняя гроза – впервые напечатано в Г, ч. I, 1829, № 3, стр. 151.
Геба (античн. миф.) – богиня вечной юности, служившая виночерпием на трапезе олимпийцев. Часто изображалась ласкающей Зевсова орла и подносящей ему в чаше нектар. Образ Гебы был очень распространен в искусстве и поэзии начала XIX в. В стихах Тютчева допущена своеобразная вариация мифа: поэт наделяет Гебу не кубком с божественным напитком, а кубком, наполненным громами. Тем самым Гебе как бы передаются функции Зевсова орла, который нередко изображался сжимающим молнии в когтях.

 
*Могила Наполеона – впервые напечатано в Г, ч. II, 1829, № 8, стр. 86. Первоначальным местом погребения Наполеона был остров Святой Елены, где он умер. В 1840 г. его останки были перевезены в Париж.
Перун (устар.) – гром.

 
* Cache-cache – игра в прятки (франц.) – впервые напечатано в Г, ч. IV, 1829, № 17, стр. 50–51.
 
*Летний вечер – впервые напечатано в Г, ч. V, 1829, № 24, стр. 150.
 
*Видение – впервые напечатано в Г, ч. VII, 1829, № 34, стр. 144.
Атлас
– согласно мифологическим представлениям древних греков, небесный свод опирается на плечи гиганта Атласа.
 
*Silentium! – Молчание! (лат.). Впервые напечатано в газете «Молва», 1833, № 33, 16 марта, стр. 22.
 
*"Я помню время золотое..." – впервые напечатано в С, т. III, 1836, стр. 11–12.
Обращено к бар. Амалии Максимилиановне Крюденер, урожденной гр. фон Лерхенфельд (1808–1888). Увлечение поэта ею относится к первым годам его пребывания в Баварии. О «времени золотом» Тютчев вспомнил и в одном из поздних своих стихотворений, посвященных ей же, – «Я встретил вас – и все былое...» (1870). В 1825 г. А. М. Лерхенфельд вышла замуж за его сослуживца по русской дипломатической миссии в Мюнхене бар. А. С. Крюденера. Впоследствии, в 1836 г., поэт через посредство Крюденеров переслал И. С. Гагарину в Петербург рукописи своих стихотворений.
 
*Фонтан – впервые напечатано в С, т. III, 1836, стр. 9.
Стихотворение выражает характерную для Тютчева мысль об одновременном величии и бессилии человеческого разума.
 

*К. Б. («Я встретил вас – и все былое...») – впервые напечатано в журнале «Заря», 1870, № 12, стр. 26, с пометой после текста: «Карлсбад».
По свидетельству Я. П. Полонского, инициалы в заглавии обозначают сокращение переставленных слов «Баронессе Крюденер». См. изд. 8-е, стр. 638. В 1870 г., когда Тютчев встретился с нею в Карлсбаде, она была уже во втором браке за гр. Н. В. Адлербергом.
Я вспомнил время золотое – намек на стихотворение «Я помню время золотое...», также посвященное А. М. Крюденер.

 
*«От жизни той, что бушевала здесь...» – впервые напечатано в изд. 1886 г., стр. 352–353.
В стихотворении «От жизни той, что бушевала здесь...» отразились впечатления Тютчева от его поездки в село Вщиж Брянского уезда Орловской губ., некогда бывшее удельным княжеством. Близ Вщижа сохранились древние курганы.
Намек на кровавые предания, связанные с историей Вщижа.
 

*«Все отнял у меня казнящий бог...» – впервые напечатано в изд. 1900 г., стр. 8.
Написано в 1873 г., во время предсмертной болезни поэта, и обращено к жене, Эрн. Ф. Тютчевой.

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Содержание
"Я помню время золотое..."
«Все отнял у меня казнящий бог...»
 
 
 
 
Литература для школьников
 

Санкт-Петербург    © 2013-2017     Недорезова  М.,  Недорезова  Е.

Яндекс.Метрика
Используются технологии uCoz