Пушкин А.С. Евгений Онегин. Глава X.
Литература для школьников
 
 Главная
 Зарубежная  литература
 Пушкин А.С.
 
Портрет А.С.Пушкина
работы художника Кипренского О.А., 1827 г.
 
 
Роман А. С. Пушкина "Евгений Онегин" (уроки литературы в 9 классе)
 
 
Дуэль. Глава из книги Ю.М.Лотмана
"Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (XVIII – начало XIX века)"
 
Бал. Глава из книги Ю.М.Лотмана
"Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (XVIII – начало XIX века)"
 
 
 
Портрет М. С. Лунина. Акв. Н. А. Бестужева. 1836
 
 
 
 
 
Александр Сергеевич Пушкин
(1799 – 1837)
ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН
РОМАН В СТИХАХ
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ [1]
 
I

Властитель слабый и лукавый,[2]
Плешивый щеголь, враг труда,
Нечаянно пригретый славой,
Над нами царствовал тогда.[3]
..............

II

Его мы очень смирным знали,[4]
Когда не наши повара
Орла двуглавого щипали
У Бонапартова шатра.[5]
..............

III

Гроза двенадцатого года
Настала — кто тут нам помог?
Остервенение народа,
Барклай, зима иль русский бог?[6]
..............

IV

Но бог помог — стал ропот ниже,
И скоро силою вещей[7]
Мы очутилися в Париже,
А русский царь главой царей.[8]
..............

V

И чем жирнее, тем тяжеле.
О русский глупый наш народ,[9]
Скажи, зачем ты в самом деле
..............

VI

Авось, о Шиболет народный,[10]
Тебе б я оду посвятил,
Но стихоплет великородный[11]
Меня уже предупредил
..............
Моря достались Албиону
..............

VII

Авось, аренды забывая,
Ханжа запрется в монастырь,[12]
Авось по манью Николая
Семействам возвратит Сибирь[13]
..............
Авось дороги нам исправят
..............

VIII

Сей муж судьбы, сей странник бранный,[14]
Пред кем унизились цари,
Сей всадник, папою венчанный,[15]
Исчезнувший как тень зари,
..............
Измучен казнию покоя
..............

IX

Тряслися грозно Пиренеи,[16]
Волкан Неаполя пылал,
Безрукий князь друзьям Мореи[17]
Из Кишинева уж мигал.
..............
Кинжал Л ‎ тень Б[18]
..............

Х

Я всех уйму с моим народом, —
Наш царь в конгрессе говорил,[19]
А про тебя и в ус не дует,
Ты александровский холоп[20]
..............

XI

Потешный полк Петра Титана,[21]
Дружина старых усачей,
Предавших некогда тирана
Свирепой шайке палачей.[22]
..............

XII

Россия присмирела снова,[23]
И пуще царь пошел кутить,
Но искра пламени иного
Уже издавна, может быть,
..............

XIII

У них свои бывали сходки,
Они за чашею вина,
Они за рюмкой русской водки[24]
..............

XIV

Витийством резким знамениты,
Сбирались члены сей семьи
У беспокойного Никиты,
У осторожного Ильи.[25]
..............

XV

Друг Марса, Вакха и Венеры,
Тут Лунин дерзко предлагал
Свои решительные меры[26]
И вдохновенно бормотал.
Читал свои Ноэли Пушкин,[27]
Меланхолический Якушкин,
Казалось, молча обнажал
Цареубийственный кинжал.[28]
Одну Россию в мире видя,
Преследуя свой идеал,
Хромой Тургенев им внимал
И, плети рабства ненавидя,
Предвидел в сей толпе дворян
Освободителей крестьян.[29]

XVI

Так было над Невою льдистой,
Но там, где ранее весна
Блестит над Каменкой тенистой
И над холмами Тульчина,
Где Витгенштейновы дружины
Днепром подмытые равнины[30]
И степи Буга облегли,
Дела иные уж пошли.
Там Пестель — для тиранов[31]
И рать .... набирал
Холоднокровный генерал,[32]
И Муравьев, его склоняя,[33]
И полон дерзости и сил,
Минуты вспышки торопил.

XVII

Сначала эти заговоры
Между Лафитом и Клико[34]
Лишь были дружеские споры,
И не входила глубоко
В сердца мятежная наука,
Все это было только скука,
Безделье молодых умов,
Забавы взрослых шалунов,
Казалось .........
Узлы к узлам .......
И постепенно сетью тайной
Россия ..........
Наш царь дремал .....
..............

Источник: Пушкин, А. С. Полное собрание сочинений : в 10 т. — Л.: Наука, 1978. — Т. 5. Евгений Онегин. Драматические произведения. — С. 180—184.
 

Из книги: Лотман Ю. М. Роман А. С. Пушкина "Евгений Онегин". Комментарии:
1. Глава десятая – десятая глава была уничтожена Пушкиным и в канонический текст романа не входит.
На обложке главы VIII (была издана в 1832 г. около 20 января) значится: «Последняя глава ,,Евгения Онегина“» (см. ниже план работы над романом, составленный Пушкиным).
Помета Пушкина в рукописях болдинской осени 1830 г. о том, что им — в день очередной лицейской годовщины — «19 октября сожжена Х песнь», определяет дату, позднее которой работа Пушкина над десятой главой, видимо, не продолжалась. Началась она, надо думать, после 26 сентября 1830 г. (дата под набросанным Пушкиным общим планом-оглавлением романа, рассчитанным на то, что он будет состоять всего из девяти глав).
Работа Пушкина над романом на этом не кончилась. В дальнейшем он исключил из состава романа всю восьмую главу («Странствие»). Некоторые строфы из этой главы он перенес в последнюю главу романа, которая и стала восьмой.
Неизвестно, как далеко продвинулась работа Пушкина над десятой главой. До нас дошел текст только начальных четверостиший первых шестнадцати строф, тщательно зашифрованных Пушкиным, и недоработанный черновой текст XV, XVI и XVII строф. Замысел создать десятую главу поэт не оставлял и в дальнейшем: наброски, относящиеся к десятой главе, встречаются даже в пушкинских рукописях 1835 г. Из этого видно, какое большое значение придавал он этому замыслу.
Сохранившиеся отрывки строф десятой главы рисуют широкую историческую панораму, охватывающую узловые моменты русской и европейской жизни первой четверти XIX в. Вяземский был прав, определив жанр этой части главы словом «хроника». Однако необходимо напомнить, что в сохранившейся части главы Онегин не упоминается вообще, и, следовательно, у нас нет никаких твердых оснований для гипотез о том, каким образом судьба центрального героя должна была соотноситься с этой широкой исторической картиной. (вернуться)

2. Властитель слабый и лукавый... – обзор исторических событий XIX в. Пушкин начинает с характеристики Александра I. Отношение П к Александру I было устойчиво негативным и окрашенным в тона личной неприязни.
Обвинение Александра I в лукавстве и двуличии широко было распространено среди современников.
Наполеон называл русского императора «византийцем». Наблюдавший царя во время Венского конгресса Михайловский-Данилевский записывал: «Опыт убедил его, что употребляли во зло расположение его к добру, язвительная улыбка равнодушия явилась на устах его, скрытность заступила место откровенности <...> Перестали доверять его ласкам, если он кому-либо их оказывает, и простонародное слово „надувать“ сделалось при дворе общим; может быть, оно не для всех будет понятно, но кто хорошо знает нашу эпоху, согласится, что оно и есть лучшая характеристика оной». (вернуться)

3. Плешивый щеголь враг труда... – плешивый – в песне XIV «Дон-Жуана» Байрона Александр I назван «плешивым фанфароном»; ср. в воспоминаниях Смирновой-Россет: «Вошел Александр Павлович, тотчас повел рукой по своей лысине».
В дневнике 1834 г. Пушкин записал свой разговор с великим князем Михаилом Павловичем: «Разговорились о плешивых: – Вы не в родню, в вашем семействе мужчины молоды оплешивливают. – Государь Ал<ександр> и К<онстантин> П<авлович> оттого рано оплешивили, что при отце моем носили пудру и зачесывали волоса; на морозе сало леденело, – и волоса лезли».
Враг труда — ср.: «И делом не замучен» (II, 69). В «Воображаемом разговоре с Александром I»: «Помилуйте, А<лександр> С<ергеевич>. Наше царское правило: дела не делай, от дела не бегай». В Николае I П позже будет в противоположность его старшему брату подчеркивать деятельный характер.
Обвинение Александра I в лености было широко распространено: «...в жилах его вместе с кровью текло властолюбие, умеряемое только леностью и беспечностью» (Вигель). (вернуться)

4. Его мы очень смирным знали... — – речь идет о поведении Александра I в период военных неудач. Особенно «смирным» был император в те месяцы Отечественной войны, когда он, покинув, по требованию военных, отступающую армию, укрылся в Петербурге. 18 сентября 1812 г. он написал сестре Екатерине Павловне потрясающее по «смирению» письмо: «Относительно таланта, может, у меня его недостаточно: но ведь таланты не приобретаются, они — дар природы. Чтоб быть справедливу, должно признать, что ничего нет удивительного в моих неудачах, когда я не имею хороших помощников, терплю недостаток в деятелях по всем частям, призван вести такую громадную машину в такое ужасное время и против врага адски вероломного, но и высоко талантливого, которого поддерживают соединенные силы всей Европы и множество даровитых людей, образовавшихся за 20 лет войн и революций» (Русский архив. 1911. № 2. С. 307). Жалобы Александра I на отсутствие «хороших помощников» лишь обнаруживали его полную неспособность разбираться в людях — в этом же письме он пренебрежительно отзывается о Барклае-де-Толли, Багратион, по его мнению, «ничего не смыслит» в стратегии, у Кутузова «лживый характер». Письмо в целом демонстрирует крайнюю степень растерянности. (вернуться)

5. Орла двуглавого щипали / У Б<онапартова> шатра... – поражение под Аустерлицем, Тильзитский мир, неудачи первых месяцев войны 1812 г. привели к крайнему падению авторитета царя. Образ ощипывания символа русской императорской власти у шатра Наполеона имел обобщенный характер и относился ко всем этим событиям. Однако в основе его лежала вполне конкретная деталь: Тильзитские переговоры велись в палатке, разбитой на плоту на середине Немана, между враждующими армиями. Хотя эта территория считалась нейтральной, Наполеон прибыл на плот специально несколькими минутами раньше и встречал русского императора как хозяин. Внешне радушный, жест этот по сути был оскорбителен: получалось, что Александр прибыл как побежденный в шатер своего врага. (вернуться)

6. Барклай-де-Толли Михаил Богданович – об отношении Пушкина к Барклаю-де-Толли см. стихотворение «Полководец» — III, 378—380.
Барклай-де-Толли Михаил Богданович (1761—1818) в начале войны 1812 г. был командующим первой западной армией, а после соединения — Объединенной армией, пока не был сменен 8 августа 1812 г. на этом посту Кутузовым. Осуществляя тактику отступления, подвергался обвинениям в измене и прямым оскорблениям со стороны Багратиона, великого князя Константина Павловича и др.
Русский бог – выражение, приписываемое легендой хану Мамаю после поражения на Куликовом поле.
Вопрос о причинах поражения Наполеона в 1812 г. был остро дискуссионным, как и вопрос о роли народной войны («остервенение народа»). Ф. Глинка писал: «Война народная час от часу является в новом блеске. Кажется, что сгорающие села возжигают огонь мщения в жителях. Тысячи поселян, укрываясь в лесах и превратив серп и косу в оружия оборонительные, без искусства, одним мужеством отражают злодеев. Даже женщины сражаются!" Утверждение, что фактическим победителем французской армии был мороз, встречало страстные возражения со стороны патриотически настроенных современников П. Полемизируя с наполеоновскими бюллетенями, Н. И. Тургенев набросал в дневнике в 1814 году в плане специального сочинения: «Опровержение общего мнения, что зима выгнала французов из России. Армия и народ, а не холод выгнали французов» .
Пушкин, видимо, в первую очередь имел в виду рассуждение в «Опыте теории партизанского действия» Д. В. Давыдова: «Одни морозы причиною успехов россиян! Но разве нет убежища от мороза, когда он не имеет союзниками других бедствий? Если один мороз угрожал французской армии, то не могла ли она расположиться на зимние квартиры в окрестностях Москвы...» (Давыдов Д. Опыт теории партизанского действия). (вернуться)

7. И скоро силою вещей / Мы очутилися в П<ариже>... – стихи представляют собой выпад против Александра I, так как взятие Парижа рассматривалось как личная заслуга императора. Утверждение, что заслуга принадлежала «силе вещей», развивало определение Александра I в первой строфе: «Нечаянно пригретый славой». (вернуться)

8. А р<усский> ц<арь> главой ц<арей>... — перефразировка титула Агамемнона — вождя греческого ополчения в Троянском походе — «царь царей», который широко применялся в публицистике 1813—1815 гг. к Александру I (ср. «наш Агамемнон» в стихотворении Пушкина «Была пора: наш праздник молодой...» — III, 432). (вернуться)

9. О р<усский> глупый наш н<арод> – Ю. М. Лотман не комментирует эту фразу. А. Барков объясняет эту загадочную фразу тем, что весь роман написан не от лица Пушкина, а от лица Онегина, и это его прямая речь. (вернуться)

10. Авось, о Шиболет народный... – реминисценция из «Дон-Жуана» Байрона (XI песня, строфа 12, стих 2): «Juan, who did not understand a word of English, Save their shibboleth „god damn!“» («Жуан знал лишь одно английское слово — шиболет god damn!»).
Междометие «god damn» (черт побери) как восклицание, характеризующее англичанина, Пушкин заменил на «авось».
Шиболет («колос» — др.-евр.) — слово, по произношению которого, согласно Библии, отличали своих от чужих, здесь: национальный пароль. (вернуться)

11. Но стихоплет великородный... – Князь Долгорукий Иван Михайлович (1764—1825) — сатирик, светский поэт. Имеется в виду его стихотворение «Авось»:
О, слово милое, простое!
Тебя в стихах я восхвалю!
Словцо ты русское прямое,
Тебя всем сердцем я люблю! (вернуться)

12. Ханжа запрется в монастырь... – видимо, имеется в виду князь А. Н. Голицын (1773—1844), совершивший эволюцию от крайнего безбожия в молодые годы к официальному мистицизму в начале 1820-х гг. Учредил «Библейское общество», в 1816—1824 гг. был министром народного просвещения и духовных дел. В пушкинской эпиграмме он назван «холопская душа» и «просвещения губитель» (II, 127).
Однако не исключено, что имеется в виду М. Л. Магницкий (1778—1855), к которому гораздо более подходит выражение «аренды забывая». Магницкий был исключительно корыстолюбив и постоянно выпрашивал себе награждения и аренды: «В звании попечителя Казанского округа получал он жалованья 12 000 руб., тогда как остальные попечители получали лишь по 3600 руб., а некоторые и вовсе не получали жалованья. В 1819 году сверх этих денег приказано было выдавать ему по 6000 руб. ежегодно из государственного казначейства; в 1822 году отведено было ему в аренду 6000 десятин земли в Саратовской губернии, на берегу Волги» (Феоктистов Е. Магницкий. СПб., 1865. С. 226—227). Даже после увольнения в 1826 г. от должности за чудовищные злоупотребления Магницкий выпросил себе 6000 руб. ежегодного пенсиона.
Пушкин, конечно, знал о деятельности Магницкого по разгрому Казанского университета и насаждению в нем ханжеского правоверия. Известны ему были стихи, посвященные Магницкому в «Доме сумасшедших» Воейкова:
Пред безумцем, на амвоне —
Кавалерских связка лент,
Просьбица о пансионе,
Святцы, список всех аренд,
Дач, лесов, земель казенных
И записки о долгах.
В размышленьях столь духовных
Изливал он яд в словах.
(Поэты 1790—1810-х. С. 293) (вернуться)

13. Авось по манью <Николая> / Семействам возвратит <Сибирь>... – Пушкин в 1830 г. продолжал надеяться на царскую милость по отношению к ссыльным декабристам, однако в комментируемых стихах звучат ноты горькой иронии. (вернуться)

14. Сей муж судьбы, сей странник бранный... – Наполеон I. (вернуться)

15. Сей всадник Папою венчанный... – в стихотворении «Герой» Пушкина этот стих читается:
Сей ратник, вольностью венчанный... (III, 251)
В соответствии с общим стилистическим заданием десятой главы Пушкин меняет метафорическое выражение на биографически точное и «прозаическое» (для коронации Наполеона императором папа римский приезжал во Францию). (вернуться)

16. Тряслися грозно Пиринеи... / Из К<ишинева> уж мигал... – строфа посвящена циклу европейских революций, потрясших посленаполеоновскую Европу и оказавших воздействие на формирование тактики декабризма в России. Имеется в виду Испанская революция, которая началась в январе 1820 г. восстанием под руководством офицеров Риего и Квироги и созывом кортесов, а завершилась интервенцией Франции по мандату конгресса европейских держав и казнью Риего. Испанская революция интересовала декабристов как опыт военного восстания; неаполитанская революция (лето 1820 г.) также привлекала внимание декабристов. (вернуться)

17. Безрукий князь друзьям Мореи... – безрукий князь — генерал Александр Константинович Ипсиланти (1792—1828), офицер русской службы, потерял руку в битве при Лейпциге. В феврале 1821 г. перешел с отрядом через Прут, который служил границей России, и возглавил восстание греков в турецкой Молдавии. Морея (Пелопоннес) — полуостров на юге Греции, где также вспыхнуло движение против турок. Пушкин был лично знаком с Ипсиланти в Кишиневе и горячо сочувствовал планам освобождения Греции. В письме из Кишинева в начале марта 1821 г. Пушкин писал: «...прекрасные минуты Надежды и Свободы <...> Восторг умов дошел до высочайшей степени, все мысли устремлены к одному предмету — к независимости древнего Отечества <...> Первый шаг Ал<ександра> Ипсиланти прекрасен и блистателен. Он счастливо начал — отныне и мертвый или победи<тель> п<рин>адлежит истории — 28 лет, оторванная рука, цель великодушная! — завидная <у>часть» (XIII, 23—24).
В дальнейшем поведение Ипсиланти (в частности, предательская казнь им вождя крестьянских отрядов Владимиреско) значительно охладило отношение к нему Пушкина. (вернуться)

18. Кинжал Л тень Б – стих не поддается точной расшифровке. Обычно его читают как «кинжал Лувеля», то есть намек на убийство французским ремесленником Лувелем наследника престола герцога Берийского. Б — достоверно не расшифровывается. (вернуться)

19. Наш ц<арь> в покое говорил... – чтение ошибочное; в современных изданиях принято: «Наш царь в конгрессе говорил». Речь идет о конгрессах Священного союза: Лайбахском, принявшем решение подавить Неаполитанскую революцию (1821), и Веронском (1822), выработавшем общую программу подавления революции в Европе. Возможно, слова, вложенные в уста Александра I, — начало легендарного диалога русского императора с Меттернихом в Троппау (Шильдер Н. К. Имп. Александр I. СПб., 1898. Т. 4. С. 184—185, 469).
Согласно рассказывавшемуся в России 1820-х гг. анекдоту, на слова Александра I о том, что на спокойствие России он может положиться, Меттерних якобы сообщил еще ничего не знавшему царю о восстании в Семеновском полку. Такое предположение делало естественным переход к следующей строфе, повествующей о восстании в Семеновском полку. (вернуться)

20. Ты А<лександровский> холоп... – А. А. Аракчеев. (вернуться)

21. Потешный полк Петра Титана... – гвардейский Семеновский полк был образован из «потешного» полка Петра I, именовавшегося по месту расквартирования в селе Семеновском. (вернуться)

22. Предавших некогда <тирана> / Свирепой шайке палачей... – в ночь убийства Павла I — с 11 на 12 марта 1801 г. — внешний караул во дворце нес третий батальон Семеновского полка.
Дальнейшее развитие строфы, видимо, приводило к рассказу о событиях 1820 г. в Семеновском полку. (вернуться)

23. Р<оссия> присм<ирела> снова... – чтение «Россия» является совершенно произвольным. В рукописи стоит «Р. Р», что, конечно, не дает оснований для такой расшифровки. Однако других, более убедительных, расшифровок до сих пор предложено не было. Возможно, следует читать: «Народы присмирели снова», считая, что первые буквы — зашифрованное peuples (народы). Ср.: «...рабы затихли вновь» (II, 314). (вернуться)

24. Они за рюмкой русской водки ... – речь идет о так называемых «русских завтраках» у Рылеева, которые были одной из форм конспиративных встреч.
М. А. Бестужев вспоминал, что эти завтраки были «постоянно около второго или третьего часа пополудни» и на них собирались «члены нашего Общества» и «многие литераторы», близкие к нему. «Завтрак неизменно состоял: из графина очищенного русского вина, нескольких кочней капусты и ржаного хлеба», в чем отражалась «всегдашняя наклонность Рылеева — налагать печать руссицизма на свою жизнь» (Воспоминания Бестужевых. М.; Л., 1951. С. 53). (вернуться)

25. У беспокойного Никиты, / У осторожного Ильи. – Никита — Муравьев Никита Михайлович (1796—1843) — член Союза Спасения, Союза Благоденствия и Северного общества. Один из наиболее деятельных членов тайных организаций, создатель проекта конституции. Осужден на 20 лет каторги.
Пушкин, видимо, познакомился с Муравьевым еще в Лицее. Они оба были членами «Арзамаса» и, бесспорно, встречались в петербургском обществе до ссылки Пушкина. В варианте, цитируемом Вяземским, «у вдохновенного Никиты».
Осторожный Илья — Долгоруков Илья Андреевич (1798—1848), член Союза Благоденствия. В Союзе Благоденствия Долгоруков играл весьма видную роль (в 1819 г. был избран блюстителем), но в результате заступничества великого князя Михаила Павловича, адъютантом которого он был, роль его в обществе удалось затушевать и дело его «осталось без дальнейшего следствия» (Восстание декабристов. Л., 1925. Т. 8. С. 80). (вернуться)

26. Друг Марса, Вакха и Венеры / Тут Л<унин> дерзко предлагал / Свои решительные меры... – Марс (рим.) — бог войны, Вакх (др.-греч.) — бог вина, Венера — см. с. 572.
Такая характеристика Лунина основывается на его славе как одного из первых гвардейских кутил.
Лунин Михаил Сергеевич (1787—1845) — участник всех тайных обществ декабристов. Пушкин говорил сестре Лунина, что последний — «человек поистине замечательный» (Звезда. 1940. № 8—9. С. 261—266). Пушкин познакомился с Луниным, видимо, после окончания Лицея и, как можно полагать, близко сошелся с ним. По крайней мере, когда Лунин уезжал из Петербурга, Пушкин взял на память у него прядь волос.
Решительные меры — речь, видимо, идет о проекте цареубийства, выдвинутом Луниным в 1816 г. Проект этот обсуждался, конечно, в отсутствие Пушкина. Однако он, бесспорно, что-то об этом слыхал, вращаясь в том же кругу, а также, возможно, и на юге, куда в 1820 г. приезжали Н. М. Муравьев и М. С. Лунин и встречались с людьми, входившими в круг пушкинских знакомых. О Лунине см.: Окунь С. Б. Декабрист М. С. Лунин. Л., 1962; Эйдельман Н. Лунин. М., 1970. (вернуться)

27. Читал сво<и> Ноэли Пу<шкин>... – до нас дошел лишь один ноэль Пушкина — «Сказки» («Ура! В Россию скачет...»), однако, видимо, их существовало несколько. (вернуться)

28. Мела<нхолический> Як<ушкин> ... Цареубийственный кинжал... – Якушкин Иван Дмитриевич (1793—1857) — член Союза Спасения, Союза Благоденствия и Северного общества, осужден по I разряду на 20 лет каторги. Познакомился с Пушкиным у Чаадаева в январе 1820 г. и после встречался с ним на юге.
Цареубийственный кинжал... — предложение Якушкина убить Александра I Пушкин слышать не мог: это был эпизод «московского заговора» 1817 г. — времени пребывания гвардии в Москве и обсуждения на квартире у А. Н. Муравьева известий о планах Александра I отторгнуть от России и передать Польше ряд западных провинций. Пушкин знал о предложении Якушкина из официального донесения, однако, учитывая, сколь живо его волновала тема цареубийства, можно полагать, что определенные слухи о проекте Якушкина доходили до него и раньше. Проект не был глубоко законспирирован: Николай I был убежден, что Александр I узнал о нем в том же 1818 г. (вернуться)

29. Одну Росси<ю> в мире видя... Освободителей крест<ьян> – Тургенев Николай Иванович (1789—1871) — декабрист, член ордена Русских Рыцарей, Союза Благоденствия и Северного общества. В период пребывания в Петербурге (июль 1817 — май 1820) Пушкин часто встречался с братьями Александром и Николаем Тургеневыми и испытывал сильное воздействие со стороны последнего. В квартире Тургеневых написана часть оды «Вольность», влияние Н. И. Тургенева ощущается в «Деревне». Идея освобождения крестьян была основной мыслью всей деятельности Н. И. Тургенева. Пушкин с основанием подчеркнул эту сторону его воззрений, так же как и экзальтированный патриотизм Тургенева. Эпитет «хромой» связан с тем, что Н. И. Тургенев в результате перенесенной в детстве болезни прихрамывал на левую ногу. (вернуться)

30. Блестит над Каменкой тенистой... Днепром подмытые равнины... – — Каменка — поместье В. Л. Давыдова на берегу Днепра — место встречи южных декабристов. Во время кишиневской ссылки Пушкин бывал в Каменке.
Тульчин — небольшой городок в Подольской губернии, место дислокации главной квартиры 2-й армии, которой командовал П. Х. Витгенштейн (1768—1842). В Тульчине была расположена Тульчинская управа Южного общества. (вернуться)

31. Там П<естель> — для тир<анов>... – Пестель Павел Иванович (1793—1826) — один из вождей декабристского движения, руководитель Южного общества. Пушкин встретился с Пестелем в Кишиневе. Встреча эта произвела на него сильное впечатление. В кишиневском дневнике он записал: «9 апреля <1821>, утро провел я с Пестелем, умный человек во всем смысле этого слова. Mon coer est matérialiste, говорит он, mais ma raison s’y refuse (сердцем я материалист, но мой разум этому противится. Ю. Л.). Мы с ним имели разговор метафизической, политической, нравственный и проч. Он один из самых оригинальных умов, которых я знаю...» (XII, 303). (вернуться)

32. Холоднокровный генерал... – по основательному предположению Б. В. Томашевского (см.: Пушкин А. С. Полн. собр. соч.: В 10 т. М., 1957. Т. 5. С. 608), С. Г. Волконский, а не А. П. Юшневский, как это обычно считают. Юшневский не был генералом — он был интендантским чиновником, занимавшим генеральскую должность (генерал-интендант 2-й армии). Он был штатский чиновник 4-го (т. е. генеральского) класса (см.: Восстание декабристов. М., 1953. Т. 10. С. 38—40). Юшневский не принимал участия в боях, и прозвище «холоднокровный» к нему мало подходит.
Волконский Сергей Григорьевич (1788—1865) — один из руководителей Южного общества, генерал-майор, командир бригады. Осужден по 1-му разряду на 20 лет каторги. Пушкин встречался с Волконским в Кишиневе и Одессе. Имеются сведения, что Волконский получил поручение принять Пушкина в Общество, но не выполнил его (Лит. наследство. 1952. Т. 58. С. 162—166). Волконский был боевой генерал, и прозвание «холоднокровный» (видимо, известное в дружеском кругу) ему прекрасно подходило. (вернуться)

33. И Муравь<ев> его скло<няя>... – Муравьев — Муравьев-Апостол Сергей Иванович (1796—1826) — участник всех декабристских тайных обществ, организатор восстания Черниговского полка, казнен. Пушкин был знаком с Муравьевым-Апостолом еще в Петербурге, но, видимо, встречался и на юге. (вернуться)

34. Между Лафитом и Клико... – то есть во время обеда или ужина.
Лафит — сухое вино, которым начинают обед, Клико — шампанское, которым заключают его.
Серьезность разговора определяется не только содержанием, но также временем и местом его проведения. «Мазурочная болтовня» или горячие речи за дружеским обедом гораздо меньше обязывают и в меньшей мере выявляют серьезные намерения, чем те же речи в другой обстановке. (вернуться)


 
Закончив 25 сентября 1830 г. последнюю, девятую, главу романа "Евгений Онегин", Пушкин на другой день написал этот план работы над романом, являющийся как бы комментарием к стихотворению «Труд» («Миг вожделенный настал: окончен мой труд многолетний...»), в котором так трогательно и вместе значительно поэт прощался со своим «молчаливым спутником ночи». (вернуться)

ЗАШИФРОВАННЫЙ ТЕКСТ X ГЛАВЫ. ПРАВАЯ СТРАНИЦА
Институт Русской Литературы, Ленинград

 
<<<   Глава VIII  




 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
    Содержание
 
 
 
Болдинская осень.
Глава из книги Ю.М.Лотмана
"Пушкин"
 
 
 
Литература для школьников
 
Яндекс.Метрика