И.В.Гёте . Фауст. Сцена 19-22.
Литература для школьников
 
 Главная
 Зарубежная  литература
 Иоганн Вольфганг
 Гёте
 
Гёте Иоганн Вольфганг. Портрет работы А.Д.Гончарова, 1932
 
 
 
Зарубежная литература
 
Гёте Иоганн Вольфганг
(1749—1832)
Фауст
Трагедия (пер.Н.Холодковский)
Часть I
Сцена 19
НОЧЬ. УЛИЦА ПЕРЕД ДОМОМ ГРЕТХЕН
Валентин, солдат, брат Гретхен.

Валентин
Сидишь, бывало, за столом
С друзьями; шум идет кругом;
Лишь о красотках и речей –
И каждый хвалится своей
Да пьет, красой ее кичась;
А я, спокойно подбочась,
При этой шумной похвальбе
Сижу да слушаю себе;
И вдруг, смеясь, крутя свой ус
И полный вверх стакан подняв,
Скажу: «У всякого свой вкус,
Не угодишь на каждый нрав;
Но мне назвать прошу я вас
Одну хоть девушку у нас,
Чтоб Гретхен стоила моей,
В подметки чтоб годилась ей!»
Тут шум пойдет, и звон, и гром.
«Он прав, он прав! – толпа кричит.–
Нет краше девушки кругом!»
Любой хвастун тут замолчит.
Теперь – рви волосы да злись,
Лезь на стену, хоть разорвись
От гнева: стали все кругом
Кивать, подмигивать глазком.
Язвить любой бездельник рад;
А я, как будто виноват,
Сижу, молчу. Чуть кто сболтнет,
Меня бросает в жар и пот.
Хоть разнесешь их всех, а все ж
Не скажешь им, что это ложь!
Кто там? Какой там чёрт ползёт?
Не двое ль их? Пришли за нею!
Постой же: пусть я околею,
Когда он с места жив уйдет!

Входят Фауст и Мефистофель.

Фауст
Вон в ризнице церковной под окном
Блестит огонь лампады: то затихнет,
Слабей, слабей, то снова ярко вспыхнет,
То вновь замрет – и мрак густой кругом,
В душе ж моей давно огонь не блещет.

Мефистофель
Что до меня, то грудь моя трепещет,
Как у кота, когда влезает он
На крышу, юной кошкою прельщен.
И мысли всё хорошие такие:
То похоть, то проказы воровские.
Все существо мое с восторгом ждет
Чудеснейшей Вальпургиевой ночи.
Вот послезавтра к нам она придет;
В ту ночь недаром сна не знают очи.

Фауст
А этот клад, что видится вдали:
Поднимется ль он вверх из-под земли?

Мефистофель
Порадуйся, недолго ждать: оттуда
Ты котелок достанешь без труда.
Недавно я заглядывал туда:
Там талеров[1] порядочная груда.

Фауст
Браслетов нет ли иль перстней
Моей красотке на веселье?

Мефистофель
Найдутся там и вещи поценней:
Жемчужное я видел ожерелье!

Фауст
Вот это хорошо! Мне больно к ней идти
И ничего с собой в подарок не нести.

Мефистофель
По мне, так чем же было б неприятно
Себя порой потешить и бесплатно?
Как ярки звезды! В блеске их лучей
Теперь я шутку выкину на диво:
Спою я песню нравственную ей,
Чтоб тем верней сманить красотку живо.
(Поет, аккомпанируя на гитаре.)
Не стой, не стой,
Не жди с тоской
У двери той,
Катринхен, пред денницей![2]
Не жди, не верь:
Войдешь теперь
Девицей в дверь,
А выйдешь не девицей!
Не верь словам!
Насытясь сам,
Бедняжке там
«Прости, прощай!» – он скажет,
Скажи: «Постой,
Повеса мой,
Пока со мной
Кольцо тебя не свяжет!»

Валентин (выходя)
Черт побери! Кого ты там
Смущаешь, крысолов проклятый?[3]
Гитара к черту! К черту сам
Слетишь и ты, певец завзятый!

Мефистофель
Гитара сломана: ее не нужно нам!

Валентин
Теперь и череп пополам!

Мефистофель (Фаусту)
Ну, доктор, я вас приглашаю!
Вперед, смелее! Не робей,
Валяй шпажонкою своей,
Коли смелей – я отражаю.

Валентин
Так отражай же!

Мефистофель
Я к услугам весь!

Валентин
Еще!

Мефистофель
Могу!

Валентин
Сам чёрт дерется здесь!
Но что со мной! Рука уж ослабела

Мефистофель (Фаусту)
Коли же!

Валентин (падая)
Ох!

Мефистофель
Смирили дурака!
Теперь пора убраться нам приспела:
Тут будет шум и крик наверняка.
Хоть мне возня с полицией легка,
Но уголовный суд – иное дело!

Уходят.

Марта (у окна)
Сюда скорей!

Гретхен (у окна)
Сюда огня!

Марта
Здесь драка, спор! Здесь шум, возня!

Народ
Убит один, гляди!

Марта (выходя)
А где убийца, где злодей?

Гретхен (выходя)
Кто здесь?

Народ
Сын матери твоей.

Гретхен
Всевышний, пощади!

Валентин
Я умираю. Так легко сказать,
А умереть легко вдвойне.
Эй, бабы! Больше не к чему кричать –
Приблизьтесь и внимайте мне!

Все обступают его.

Ты, Гретхен, очень молода
И так глупа, что навсегда
Плохой избрала путь.
Могу при всех тебе сказать:
Когда могла такою стать,
Так уж открыто будь!

Гретхен
О боже! Брат мой, что такое?

Валентин
Оставь хоть бога ты в покое!
Что было, нам не воротить;
Уж, видно, так тому и быть.
Ты начала теперь с одним,
Потом другой придет за ним.
А как до дюжины дойдет,
К тебе весь город побредет.
Когда впервые грех родится,
Себя таит он в первый миг:
Под кровом ночи рад он скрыться
И закрывает грозный лик;
Тогда убить его не поздно.
Но скоро, скоро грех растет,
Средь бела дня открыт идет;
Лицо его не меньше грозно,
Но чём лицо его страшней,
Тем яркий свет ему нужней.
Я знаю, срок настанет твой –
И честный гражданин любой,
Как перед язвой моровою,
Распутница, перед тобою
Отпрянет. От стыда горя,
В глаза открыто ты не взглянешь;
В цепочке ты франтить не станешь[4]
И убежишь от алтаря!
Не будешь в танце красоваться
Ты в кружевном воротничке:
Меж нищих и калек скрываться
Ты будешь в темном уголке!
И если бог простит твой грех,
Ты на земле презренней всех!

Марта
Предайся лучше покаянью,
Чем удручать себя вам бранью!

Валентин
Когда б сломать я ребра мог
Тебе, бесстыжей сводне скверной,
Я знаю, что простил бы бог
Тогда грехи мои наверно!

Гретхен
О, муки ада! Брат мой, брат!

Валентин
Напрасны слезы, говорят!
Сестра, ты честь свою забыла,
Меня ты в сердце поразила,–
На божий суд идет твой брат
Без страха, честно, как солдат.
(Умирает.)
 
Сцена 20
СОБОР
Служба, пение, орган.
Гретхен в толпе народа; позади нее Злой Дух.

Злой Дух
Не так ты, Гретхен, прежде,
С душой невинной,
Ходила к алтарю.
Молясь по книжке старой,
Ты лепетала,
Наполовину детским играм,
Наполовину богу
Душою предана! О Гретхен!
Где голова твоя?
И на душе твоей
Какой тяжелый грех?
Ты молишься ль за мать свою? Она
Тобой для долгих-долгих мук усыплена!
Чья кровь у дома твоего?
Что у тебя под сердцем скрыто?
Не шевелится ль что-то там
И не тревожит ли тебя
Присутствием своим?

Гретхен
Увы, увы!
Как дум[5] мне этих избежать,
Которые теснятся отовсюду
Ко мне и в душу проникают?

Хор
Dies irae, dies illa
Solvet saeclum in fayilla[6]

Звуки органа.

3лой Дух
Гнев неба над тобою!
Труба звучит;
Заколебались гробы;
Душа твоя
Из бездны праха
Для мук ужасных
Огня и ада,
Дрожа, встает!

Гретхен
О, если б мне уйти отсюда!
Мне грозный гром органа –
Дышать мешает,
Меня терзает это пенье
До глубины сердечной!

Хор
Judex ergo cum sedebit,
Quidquid latet, adparebit
Nil inultum remanebit.

Гретхен
Как душно мне!
Как эти арки, эти своды
Теснят меня!
Воздуха, воздуха больше!

Злой Дух
Беги! Но грех и стыд
Не будет скрыт.
Что? Воздуха? Света?
Горе тебе!

Хор
Quid sum miser tunc dicturus?
Quem patronum rogaturus,
Quum vix Justus sit securus?

3лой Дух
Свой лик пресветлый отвращают
Святые от тебя,
И руку протянуть тебе
Им, чистым, страшно! Увы!

Хор
Quid sum miser tune dicturus?

Гретхен
Соседка, ваш флакон!..
(Падает в обморок.)
 
Сцена 21
ВАЛЬПУРГИЕВА НОЧЬ
Местность в горах Гарца, в окрестностях деревень Ширке и Эленд.

Фауст и Мефистофель.

Мефистофель
Не чувствуешь нужды ты в помеле?
Теперь на дюжем рад бы я козле
Погарцевать, уставши от дороги.

Фауст
Меня еще покамест носят ноги:
Дубинкой путь стараюсь облегчать.
К чему дорогу сокращать?
То странствовать в извилистой долине,
То лезть с утеса на утес к вершине,
Откуда вниз ручей стремится в дол,–
Мне весело, и путь мой не тяжел.
Везде весна: береза зеленеет,
Позеленела даже и сосна;
Ужель на нас весною не повеет?

Мефистофель
Признаться, мне чужда весна!
Во мне зима царит: мне надо,
Чтоб снег, мороз был на пути моем.
В ущербе месяц; тусклою лампадой
Едва мерцает красным он лучом;
Неважный свет! Здесь каждый шаг нам может
Опасен быть: наткнешься прямо лбом
На камень или ствол. Постой-ка, нам поможет
Блудящий огонек,[7] мелькающий кругом!
Эй, ты, поди сюда и посвети, любезный!
К чему иначе свет твой бесполезный?
Веди-ка нас вперед средь этой тьмы.

Блуждающий огонек
Мне изменить придется, вам в угоду,
Мой легкий нрав и всю мою природу.
И вкривь и вкось блуждать привыкли мы.

Мефистофель
Эге! ты – человека подражатель?
Во имя черта, марш вперед, приятель,
Не то тебя задую я сейчас!

Блуждающий огонек
Я вижу, вы хозяин здесь; для вас
Все сделать я готов, чтоб не сойти с дороги.
Но помните: гора от чар с ума сойдет,
И если вас огонь блуждающий ведет,
То вы к нему не будьте слишком строги!

Фауст, Мефистофель и Блуждающий огонек поют попеременно.

Фауст
В область сна вошли мы, словно
В очарованные страны.
О, веди нас прямо, ровно
Сквозь леса и сквозь туманы,
Чрез пустыню, меж горами!

Огонек
Вот деревья вдаль рядами
Сзади нас, шумя, несутся;
Гор вершины будто гнутся;
Скалы длинными носами
Захрапели перед нами.

Фауст
Под камнями, под кустами
Слышу я ручья шептанье:
Песня ль это иль журчанье?
Зов любви ли, звук ли смеха,
Счастья ль отклик – нам утеха,
Песнь надежд, любви мечтанья?
И всему свой отзыв эхо
Шлет, как старое преданье.

Мефистофель
С шумом, гулом мчатся бойко
Сыч и чибис, с ними сойка:
Все проснулись, всем гулянье!
А в кустах сидят лягушки –
Долгоножки, толстобрюшки.
Будто змеи, меж камнями
Вьются корни за корнями,
Западни для нас готовят,
И пугают нас, и ловят,
И, ожив, деревьев капы,[8]
Как полипы, тянут лапы
Нам навстречу. И, несметны,
Мох и вереск наполняя,
Беспокойны, разноцветны,
Мыши носятся, шныряя;
И вокруг пред нами реет
Светляков толпа живая
И, с дороги нас сбивая,
Яркой свитой пламенеет.

Фауст
Но скажи: вперед мы шли ли
Иль на месте всё мы были?
Лес и горы заходили;
Скалы, сучья рожи злые
Строят нам; огни ночные
Засверкали, засветили.

Мефистофель
За меня держись сильнее:
Здесь с горы всего виднее
Будет нам, как царь Маммон[9]
Заблестит со всех сторон.

Фауст
Как странно мутный свет мерцает
Внизу румяною зарей!
В глубокой бездне он сверкает
И льется слабою струёй;
Здесь встал туман, там – пар безбрежный;
Сквозь дымку жар горит лучом;
Здесь свет струится нитью нежной,
Там брызжет огненным ключом;
То, охватив всю глубь долины,
Он в сотнях жил струится там,
То, заключен среди теснины,
Он одиноко блещет нам;
Там сыплет искры, их взметая,
Как золотой песок со дна,
А здесь – смотри – горит седая
Утеса старого стена!

Мефистофель
Ужель на праздник досточтимый
Маммон дворца б не осветил?
Ты, к счастью, всю картину охватил:
Уж мчится хор гостей неукротимый.

Фауст
Как грозен вихрь! В порыве бурных сил
Он в спину бьет могучими толчками.

Мефистофель
За ребра скал обеими руками
Держись: не то ты свалишься в обрыв.
Лес потемнел; в туман весь погруженный,
Шумит он. Вот, глаза раскрыв,
Взлетает филин пробужденный,
И ломятся колонны
Зеленого лесного дома.
Ты слышишь ли раскаты грома,
Стволов паденье, шум ветвей,
И леса стон, и скрип корней?
Ствол за стволом друг друга кроет
В глубокой пропасти, на дне,
И ветер свищет, буря воет
Среди обломков в глубине.
Слышишь крики – дальше, ближе?
Слышишь вопли – выше, ниже?
Между скал, по скатам гор
Шумно мчится дикий хор.

Хор ведьм
На Брокен все! Толпа густа;
Посев был зелен, рожь желта.
Там Уриан[10] вверху сидит:
К вершине ведьмам путь лежит
Средь гор и скал, с метлой, с козлом,–
И вонь и гром стоят кругом.

Голос
Старуха Баубо[11] в стороне
Летит на матушке-свинье!

Хор
Хвала, кому хвала идет!
Вперед же, Баубо! Пусть ведет!
На дюжей свинке Баубо-мать
Достойна хором управлять.

Голос
Откуда ты?

Голос
Чрез Ильзенштейн[12] я шла:
Там я сову в гнезде нашла.
А та глаза себе таращит!

Голос
О, чтоб тебя нелегкая взяла!
Кой чёрт тебя так скоро тащит?

Голос
Она зацепила меня, пролетая:
Глядите-ка, рана какая

Хор ведьм
Нам всем дорога тяжела,–
К чему друг друга задевать?
Нас колют вилы, бьет метла:
Дитя убила – лопнет мать.

В давке одна из ведьм ранит другую и убивает младенца в её утробе.

Колдуны (полухор)
Улиткой наши все ползут,
А бабы все вперед бегут.
Где зло, там женщина идет
Шагов на тысячу вперед.

Другая половина хора колдунов
Не будем в споре тратить слов!
Нужна им тысяча шагов;
Мужчина вздумает – и вмиг
Одним прыжком обгонит их.

Голос (сверху)
Вперед, вперед, вы, из озер!

Голос (снизу)
Мы рады влезть на скаты гор;
Мы мылись – чисты хоть куда,
Зато бесплодны навсегда.

Оба хора.
Вот вихорь стих, звезда мутна.
За тучи прячется луна;
Темно повсюду с этих пор,
И мечет искры шумный хор.

Голос (снизу)
Подождите! Тише, тише!

Голос (сверху)
Кто кричит в скалистой нише?

Голос (снизу)
Это я! Да, это я!
О, возьмите вы меня!
Триста лет я здесь копаюсь
И к своим попасть пытаюсь.

Оба хора
На вилах мчись, свезет метла,
На жердь садись, седлай козла!
Пропал навеки тот – поверь,–
Кто не поднимется теперь.

Полуведьма (внизу)
Тащусь я здесь за шагом шаг,
Другие ж вон умчались как!
Я раньше всех сюда пошла,
А все угнаться не могла.

Хор ведьм
Мазь ведьме бодрость придает,[13]
Тряпье – за парус нам сойдет.
Корыто – лодка. Не взлетит
Вовеки, кто теперь сидит!

Оба хора
Взлетев к вершине в этой мгле,
Мы ниже спустимся к земле,
И чащу леса всю собой
Наполнит наш волшебный рой.
(Спускаются.)

Мефистофель
Толкают, жмут, бегут, летают,
Шипят, трещат, влекут, болтают,
Воняют, брызжут, светят. Ух!
Вот настоящий ведьмин дух!
Ко мне, не то нас растолкают!
Да где ж ты?

Фауст (издали)
Здесь!

Мефистофель
Туда уж увлечен?
В хозяйские права вступить я принужден.
Дорогу! – Черт идет! Дорогу, чернь, живее!
Я здесь, брат доктор! Ухватись скорее!
Пойдем в сторонку; эта толкотня
Невыносима даже для меня.
Вон там какой-то странный свет мелькает
И в те кусты невольно привлекает.
Нырнем туда, бока свои храня.

Фауст
Противоречий дух, не сам ли ты старался
Меня увлечь сюда? Уж слишком ты умен!
В Вальпургиеву ночь пришел на Брокен он,
И что же? – под кусты запрятаться собрался.

Мефистофель
Одни не будем мы и там;
Смотри: огни, пестрея, загорелись!
Веселым клубом гости там расселись.

Фауст
Все ж наверху бы лучше было нам.
На злое дело вся толпа стремится;
Взгляни: уж дым столбом пошел у них.
Немало здесь загадок разрешится.

Мефистофель
Немало и возникнет их.
Пусть свет большой шумит, бушуя,
Тебя подальше утащу я.
Везде бывает так – сомненья в этом нет,–
Что свет большой рождает малый свет.
Взгляни: разделась ведьма молодая,
А старая накидочку взяла.
Будь вежлив к ним: услуга мне большая
Труд не велик, забава не мала.
Чу, музыка играет! Вот досада!
Проклятый скрип! Но покориться надо.
Вперёд, вперёд! С тобою я пойду,
Вступлю в их круг, тебя в него введу
И познакомлю с новыми гостями.
Что скажешь, друг? Равнина здесь тесна ль?
Взгляни: конца не видно в эту даль!
Здесь тысячи огней горят рядами;
Болтают, пляшут, варят, любят, пьют,–
Чего же лучше? Чем же худо тут?

Фауст
Как мы войдем? Намерен притвориться
Ты колдуном иль чертом к ним явиться?

Мефистофель
Инкогнито я мог бы предпочесть,
Но всяк свой орден в праздник надевает.
Меня «подвязка»[14] хоть не украшает,
Зато копыту здесь большая честь.
Смотри: ползет улитка; протянула
Она рога свои навстречу нам.
Пронюхала, кто я такой, смекнула!
Не скрыться здесь, хоть и хотел бы сам.
Мы от огня к огню пойдем повсюду;
Ты будешь женихом, я — сватом буду.

(Подходит к нескольким сидящим у тлеющих углей.)

Что, господа, сидите в стороне?
Вы лучше время провели бы
Средь молодежи в толкотне;
А так сидеть и дома вы могли бы!

Генерал[15]
Кто может верить нациям беспечно?
Я делал им добро – и что ж?
Толпа – как женщина, и вечно
У ней в почете только молодежь.

Министр[15]
Народ теперь о правде позабыл,
Былое времечко умчалось.
Тот век, когда пред нами все склонялось,
Век золотой, поверьте, был.

Parvenu[15]
И мы не глупы были ведь небось!
Мы всем по-своему вертели,
И вдруг пошло всё вкривь и вкось,
Когда свой труд упрочить мы хотели.

Автор
Кто книгу с мыслью умной и благой
Теперь у нас читает, в самом деле?
Нет, молодежь до дерзости такой
Дошла теперь, как никогда доселе!

Мефистофель (на миг являясь дряхлым стариком)
Народ созрел, и близок страшный суд;
В последний раз на Брокен я взбираюсь...
Так мутно дни мои текут,
Что и весь мир к концу идет, ручаюсь!

Ведьма-ветошница[16]
Не проходите, господа!
Удобный случай уловите,
Мои товары посмотрите:
Я много их снесла сюда;
Мой магазин – пребогатейший,
Ему на свете равных нет.
Здесь ни вещицы нет малейшей,
Не наносившей миру вред:
Здесь нету шпаги, кровью не облитой;
Здесь кубка нет, в котором не бывал
Когда-нибудь напиток ядовитый;
Убора нет, который не прельщал
Невинных дев, и каждый здесь кинжал
Противника изменой убивал.

Meфистофель
Эх, тетенька, ты плохо постигаешь
Дух времени: что было, то прошло.
Ты новостей зачем не предлагаешь?
Нас новое скорей бы привлекло.

Фауст
Однако здесь совсем остолбенеешь:
Вот так базар! Тут оторопь берет.

Мефистофель
Стремится кверху весь водоворот:
Ты думаешь, что сам толкать умеешь,
Глядишь – тебя ж толкают все вперед.

Фауст
Кто это там?

Мефистофель
Знать хочешь, кто она?
Всмотрись: Лилит.[17]

Фауст
Кто?

Мефистофель
Первая жена Адама.
Берегись косы ее касаться:
Коса – ее единственный убор.
Кого она коснется, тот с тех пор
Прикован к ней, не может с ней расстаться.

Фауст
Вон там старуха с молодой присела.
Умаялись – им пляска надоела.

Мефистофель
Ну нет, сегодня отдых здесь плохой.
Вот пляшут вновь: пойдем и мы с тобой!

Фауст (танцуя с молодою)
Прекрасный сон я раз видал:
Я перед яблоней стоял;
Вверху два яблочка на ней;
Я влез на яблоню скорей.

Красавица
Всегда вам яблочки нужны:
В раю вы ими прельщены.
Я рада, что в моем саду
Я тоже яблочки найду!

Мефистофель (танцуя со старухою)
Встревожен был я диким сном:
Я видел дерево с дуплом,
В дупле и сыро и темно,
Но мне понравилось оно.

Старуха
Копыта рыцарь, я для вас
Готова всем служить сейчас:
Дупло охотно я отдам,
Когда оно не страшно вам.

Проктофантасмист[18]
Народ проклятый! Как вы это смели?
Не ясно ль вам доказано давно,
Что духам ног телесных не дано?
А вы плясать, как люди, захотели!

Красавица (танцуя)
А он зачем пришел на бал?

Фауст (танцуя)
Э, где он только не бывал!
Другие пляшут – он их осуждает;
Когда ж на каждый шаг рацей[19] он не найдет,
То этот шаг он просто отрицает.
Всего больней ему, что мы идем вперед;
Вот если б вы на месте все кружились,
Как он на старой мельнице своей,
Возликовал бы он душою всей,
Особенно, когда б ему вы поклонились.

Проктофантасмист
Вы здесь ещё? Нет, вынести нет сил!
Исчезните! Ведь я же разъяснил.
Но эти черти к поученьям глухи.
Мы так умны,– а в Тегеле[20] есть духи!
Как долго я ни просвещал людей,
А толку нет! Неслыханно, ей-ей!

Красавица
Когда же он надоедать нам бросит?

Проктофантасмист
Вам всем в лицо свой приговор я шлю!
Я деспотизма духов не терплю:
Мой дух его не переносит,

Пляска продолжается.

Сегодня мне ничто не удается,
Но продолжать я путь готов,
И, может быть, в конце концов
Поэтов и чертей мне победить придется.

Мефистофель
Постой, вот он сейчас увязнет в луже той,
Где успокоиться от всех трудов он может;
А как пиявка там крестец ему погложет,
Забудет духов он и дух испустит свой.
(Фаусту, который прекращает танец.)
А где ж, скажи, красавица твоя?
Она, танцуя, так приятно пела.

Фауст
Во время пенья вдруг увидел я,
Как с губ у ней мышь красная слетела.

Мефистофель
И только? Строго ж ты, мой друг, на все глядишь!
Благодари судьбу – не серая хоть мышь.
Ведь в час любви до этого нет дела.

Фауст
Еще я вижу...

Мефистофель
Что?

Фауст
Вдали передо мной
Встал образ девы бледной и прелестной.
Она ступает медленной стопой,
Как будто цепью скованная тесной.
Признаться, в ней, когда гляжу,
Я сходство с милой Гретхен нахожу.

Мефистофель
Оставь её: бездушна дева эта,
Всего лишь тень, бегущая рассвета.
С ней встреча — смерть, не счастье, не любовь,
При встрече с ней вмиг стынет в жилах кровь
И человек, как камень, замирает.
Миф о Медузе,[21]– кто его не знает?

Фауст
Глаза ее недвижно вдаль глядят,
Как у усопшего, когда их не закрыла
Рука родная. Это Гретхен взгляд.
Да, это тело, что меня прельстило!

Мефистофель
Ведь это колдовство! Обман тебя влечёт:
Красавицу свою в ней каждый узнает.

Фауст
Какою негою, мучением каким
Сияет этот взор! Расстаться трудно с ним!
Как странно под ее головкою прекрасной
На шее полоса змеится нитью красной,
Не шире, чем бывает острый нож!

Мефистофель
Давно всё это знаю я: ну что ж?
Под мышку голову берёт она порою,
С тех пор как ей срубил её Персей.[22]
Ты все, как прежде, носишься с мечтою.
Вперёд, на холм, за мною поскорей!
Он весь покрыт весёлою толпою:
Как в Пратере[23] кипит веселье тут!
Уж не театр ли? Мне сдается,
Что скоро здесь спектакль начнется.
Что здесь у вас?

Servibilis[24]
Сейчас начнут
Последнее, седьмое, представленье [25]–
Всегда уж столько принято давать.
Любителя на сцене сочиненье,
Любители здесь будут и играть.
Я ухожу – прошу в том извиненья:
Я сам любитель – занавес поднять.

Мефистофель
На Блоксберге такие представленья
Как раз у места, без сомненья.
 
Сцена 22
ЗОЛОТАЯ СВАДЬБА ОБЕРОНА И ТИТАНИИ
В настоящем издании исключена интермедия к «Вальпургиевой ночи» – «Золотая свадьба Оберона и Титании» (Сцена 22), которая составлена из эпиграмм, сначала предназначавшихся для журнала, издававшегося Фр. Шиллером. С основным содержанием трагедии эта интермедия не связана.
 
Источник: Гёте. Фауст. – М.: Детская литература, 1973, стр. 194–221.



Примечания:
Сцена 19:
1. Талер – старинная немецкая серебряная монета.

2. Денница – утренняя заря.

3. «Крысолов проклятый» – Намек на легендарного крысолова из Гаммельна (Германия), который, играя на дудочке, сманивал вместо крыс детей.

4. В XV веке в Германии женщинам нескромного поведения запрещали пышно одеваться, носить золотые и серебряные вещи и посещать богослужение.

Сцена 20:
5. В этой сцене Маргарита, терзаемая угрызениями совести, оплакивает две смерти: матери, отравленной Мефистофелем, и брата Валентина, убитого Фаустом на поединке.

6. Церковный хор исполняет католический гимн о Страшном суде, который ждет всех грешников. Этот гимн входит в заупокойную службу (реквием):
День гнева,
Этот день испепелит мир,
Когда воссядет высший судия,
Все сокровенное откроется,
И ничто не останется без возмездия.
Что скажу я тогда, несчастный?
К какому покровителю припаду,
Когда даже праведник вострепещет?

Сцена 21:
7. По народному поверью, блуждающие огоньки на болоте завлекали путников в трясину и помогали нечистой силе.

8. Капы – болезненные наросты на деревьях.

9.«Царь Маммон заблестит со всех сторон.» – Намек на клад и золотую руду в горе.

10. Уриан – одно из немецких названий черта.

11. Баубо (греч.миф.) – кормилица богини земли Деметры, веселившая её непристойными шутками.
Гёте изображает Баубо как предводительницу бесстыжих ведьм.

12. Ильзенштейн – утес в Гарце, названный по имени принцессы Ильзы, возлюбленной германского императора Генриха II. Вблизи утеса протекает речка Ильза.

13. «Мазь ведьме бодрость придаёт.» – Волшебная мазь, которой якобы натирались ведьмы для полета в воздухе на метлах, вилах и т. п.

14. Орден подвязки – высший английский орден.

15. Генерал, а затем министр, parvenu (по-французски "выскочка") и автор – сторонники отживших порядков, враждебно относящиеся ко всем новшествам.

16. Образ ведьмы-ветошницы – сатира на историков и археологов, перерывающих разный хлам, не имеющий научного значения.

17. Лилит – по еврейской легенде, первая жена Адама, дьяволица и соблазнительница. Имя ее часто упоминается в средневековых легендах.

18. Проктофантасмист – Под этим именем Гёте высмеял немецкого издателя и литератора Ф.Николаи, которого считал тупицей и бездарностью. Николаи заявил однажды в ученом заседании Берлинской Академии наук, что избавился от мучившего его привидения при помощи пиявок, которые он поставил себе на зад. На это намекает первая часть прозвища – proktos, что по-гречески означает «зад».

19. Рацея (лат.) – поучение, наставление.

20. Тегель – имение известного немецкого естествоиспытателя Гумбольдта, где якобы являлись привидения, что и дало повод для отмеченного выше выступления Николаи.

21. Медуза (греч.миф.) – одна из трех дев Горгон со змеями на голове вместо волос. От взгляда Медузы люди обращались в камень.

22. Персей (греч.миф.)– легендарный герой, отрубивший голову Медузе.

23. Пратер – обширный парк в Вене, место народных увеселений.

24. Sеrvibilis (лат. «услужливый») – тип поверхностного знатока в литературе и искусстве.

25. «Последнее, седьмое, представленье» – Гёте осмеивает мистическое толкование числа «семь», встречающееся в различных религиях (семь небес, семь планет и т. д.).




 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Фауст
Содержание
Часть I
Сцена 1. Ночь
Сцена 2. У городских ворот
Сцена 3. Кабинет Фауста
Сцена 4. Кабинет Фауста
Сцена 5. Погреб Ауэрбаха в Лейпциге
Сцена 6. Кухня ведьмы
Сцена 7. Улица
Сцена 8. Вечер
Сцена 9. Гулянье
Сцена 10. Дом соседки
Сцена 11. Улица
Сцена 12. Сад
Сцена 13. Беседка
Сцена 14. Лес и пещера
Сцена 15. Комната Гретхен
Сцена 16. Сад Марты
Сцена 17. У колодца
Сцена 18. У городской стены
Сцена 19. Ночь. Улица перед домом Гретхен
Сцена 20. Собор
Сцена 21. Вальпургиева ночь
Сцена 23. Пасмурный день. Поле
Сцена 24. Ночь. Открытое поле
Сцена 25. Тюрьма
 
 
 
 
 
 
 
 
Литература для школьников
 
Яндекс.Метрика