Жилище. Энциклопедия русского быта XIX века
Энциклопедия русского быта XIX века
Русский быт XIX века в литературе
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
БЫТ И ДОСУГ
     
   
 

 

Жилище

Действие большинства произведений русской классической литературы происходит в дворянских домах и имениях.


Село Михайловское. Литография по рис. И.Иванова. 1837.
См. страницу о Михайловском на сайте "К уроку литературы"

Сразу же необходимо предостеречь читателя от идеализации дворянского быта, начиная с жилья. Мы склонны судить о барских домах по уцелевшим крупным особнякам, даже дворцам, затем превращенным в музеи, санатории, институты. Иллюзию, что в таких зданиях обычно и обитали русские помещики, поддерживают некоторые кино- и телефильмы на исторические темы. Но знакомые нам бывшие барские дома, как правило, каменные, принадлежали богатым вельможам, имевшим возможность построить и отделать их со всевозможной роскошью, привлекая талантливых архитекторов и художников. Большинство же домов помещиков средней руки были бревенчатыми, не всегда даже оштукатуренными, небольших размеров, иные - с крепкую современную деревянную дачу, без особых удобств и затей. Тысячи этих домов были перестроены, разобраны на продажу или сгорели еще до революции или в революцию. К нашему времени бывших помещичьих домов остался ничтожный процент.

В своих произведениях русские классики приводят множество правдивых описаний типичных среднепоместных и мелкопоместных имений. Надо только внимательно вчитаться.

У Лаврецкого в "Дворянском гнезде" Тургенева - "ветхий господский домик… с кривым крылечком".

У помещика Маркелова в "Нови" "собственно и усадьбы не было никакой: флигелек его стоял на юру, недалеко от рощи… Все казалось бедным, утлым, и не то чтобы заброшенным или одичалым, а так-таки никогда не расцветшим, как плохо принявшееся деревцо".

Усадьба Чертопханова в "Записках охотника" состояла "из четырех ветхих срубов разной величины, а именно из флигеля, конюшни, сарая и бани". А вот рассказ того же Тургенева "Конец": "Дом Талаганова, маленький, приплюснутый, полусгнивший, похож был скорее на плохую крестьянскую избу, чем на жилище помещика".

И все это - в середине XIX века, до крестьянской реформы 1861 года, то есть в то время, когда помещики оставались господствующим классом России и далеко еще не разорились и не обеднели в общей своей массе.

Вспомним и Татьяну Ларину, которая называет свой родной дом "наше бедное жилище".

Впрочем, дело было вовсе не всегда в достатке хозяина-душевладельца. Причиной могли быть и скаредность, некультурность, равнодушие к комфорту.

Дом состоятельного Собакевича в "Мертвых душах" крепок, но неказист, "вроде тех, какие у нас строят для военных поселений и немецких колонистов". У богатейшей Арины Петровны Головлевой в романе Салтыкова-Щедрина - "печальная усадьба… на тычке, без сада, без тени, без всяких признаков какого бы то ни было комфорта… Дом был одноэтажный, словно придавленный, и весь почерневший от времени и непогод". Конечно, наряду с такими убогими усадьбами стояли пышные палаты Троекурова в "Дубровском", дом старого князя Болконского под Смоленском ("Война и мир"), дом Ласунской в "Рудине", который считался "чуть ли не первым по всей…ой губернии. Огромный, каменный, сооруженный по рисункам Растрелли…" Неплохи были, судя по всему, и дом Манилова, "каменный, в два этажа" - редкость по тому времени, "почтенный замок" Евгения Онегина и кое-какие другие.

И все же, что касается предреформенных помещичьих имений дворян средней руки, доверимся описанию Салтыкова-Щедрина в "Пошехонской старине": "Дома почти у всех были одного типа: одноэтажные, продолговатые, на манер длинных комодов… В шести-семи комнатах такого четырехугольника, с колеблющимися полами и нештукатуренными стенами, ютилась дворянская семья, иногда очень многочисленная, с целым штатом дворовых людей, преимущественно девок, и с наезжавшими от времени до времени гостями. О парках и садах не было и помина… Сзади дома устраивался незатейливый огород… Не о красоте, не о комфорте и даже не о простоте тогда думали, а о том, чтоб иметь теплый угол и в нем достаточную степень сытости".

Это не значит, что в быте дворян и их крепостных не было большой разницы. Достаточно прочитать "Утро помещика" или соответствующие главы из "Воскресения" Л. Толстого, чтобы убедиться, в каких невероятных, нечеловеческих условиях жила - как до, так и после реформы - крестьянская семья, скученная в полутемной, полухолодной, крытой соломой избе, готовой вот-вот развалиться и придавить жильцов. Зимой крестьяне разделяли жилище со своим скотом. Долгое время существовали так называемые КУРНЫЕ ИЗБЫ - из-за отсутствия трубы дым от печи, расстилаясь по избе, уходил только в двери и окна. Жилье русского крестьянина по существу мало менялось со времен Радищева.


 
 
 




 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Литература для школьников
 
Яндекс.Метрика